Дрессировка собак

Четвероногие «музы»: собаки композиторов и поэтов

Пол Маккартни и «дорогая Марта»
Творческие способности и любовь к животным часто совмещаются в одном человеке. У многих поэтов и писателей, композиторов и художников были питомцы, которые иногда становились для них не просто лучшими друзьями, но и вдохновителями их творчества. Например, истинные "битломаны" знают, что песня Пола Маккартни «Моя дорогая Марта» («Martha My Dear») посвящена... бобтейлу — и это не единственный пример того, как собаки «приложили лапу» к произведениям искусства.

«Дорогая Марта» - не девушка, а собака

Долгое время считалось, что «Моя дорогая Марта» адресована Джейн Эшер, котрая в далеком 1968 году была невестой Пола Маккартни. И только в 1997 году сэр Пол признался, что на самом деле на написание этой песни его вдохновила собака породы староанглийская овчарка (бобтейл) — Марта, его первый и лучший четвероногий друг. «Посмотри, что ты наделала, глупая девочка!» - говорится в песне. Странно, что никто не догадался — с такими словами логичнее обратиться к своему питомцу, чем к невесте.

А вот лорд Байрон посвятил своему псу, ньюфаундленду по кличке Ботсвейн (Боцман) произведение в другом жанре — гораздо более печальном. Это была эпитафия: любимая собака Байрона умерла от бешенства у него на руках — причем он до последнего ухаживал за питомцем, не боясь заразиться. Эпитафия, высеченная на надгробном монументе Ботсвейна, вошла в «золотой фонд» не только английской, но и мировой литературы: «Здесь лежит тот, кто обладал красотой без тщеславия, силой без грубости, мужеством без жестокости — и всем человеческими достоинствами без человеческих недостатков».

«Кольцо Нибелунгов» помогали писать спаниели

Портрет Минны Вагнер со спаниелем на руках
Многим поклонникам классической музыки известно о любви к собакам немецкого композитора Рихарда Вагнера. Собаки разных пород были у Вагнера всю жизнь, сопровождали его повсюду — а композитор успел пожить не только в Германии, но и в Англии, и во Франции. У Вагнера были и ньюфаундленды, и кавалер-кинг-чарльз-спаниели, из которых двое — Пепс и Фипс — стали в некотором роде соавторами цикла опер о кольце Нибелунгов.

Сочиняя музыку, Вагнер наигрывал ее на фортепиано — и если спаниель выл и скулил, «забраковывал» фрагмент, оставляя только те мелодии, которые нравились его четвероногому слушателю. Фипса Вагнер завел после того, как умер Пепс — событие, которое композитор перенес очень тяжело и на некоторое время оказался даже не в состоянии сочинять — настолько он привык, что при этом всегда присутствовал его спаниель.

Полагаясь на «вкус» своего спаниеля, Вагнер был прав — и последние исследования это подтверждают: реакция собак на музыку очень близка к человеческой. Так что питомец может быть не только верным другом — но и первым «критиком», причем беспристрастным.

Екатерина   21. 02. 2013
Похожие страницы
При копировании материалов прямая гиперссылка — обязательна